мая 062013
 

 

©  РИА Новости Илья Питалев

© РИА Новости Илья Питалев

Российское общество расколото на группы, представители которых разделяют лишь  незначительное количество ценностей, планов и ожиданий. Это мешает протестному  движению достичь успеха в борьбе против нынешних правителей. Вот одна из точек  зрения.

Актуальная ситуация в России оставляет мало надежд всем тем, кто  год назад присоединился там к протестному движению или по крайней мере находился  рядом с ним. И хотя протестный потенциал по-прежнему остается большим, возникает  горькое осознание того, то движение застопорилось. Поэтому настало время  поговорить о структурах населения и их противоречиях. Наталья Зубаревич,  директор региональных программ Независимого института социальной политики,  считает, что в настоящее время следует говорить по крайней мере о четырех  параллельно существующих российских обществах, в которых используется один и тот  же язык, однако, помимо этого, они имеют не так много общего между собой. Первая  группа – это креативные, неистовые граждане, и они составляют примерно 20%  населения.

Это сотрудники офисов, а также небольшие и средние  предприниматели, представители креативного класса, квалифицированные специалисты  в таких плохо оплачиваемых отраслях как образование, здравоохранение, а также  люди из научных и академических кругов. Для них интернет и социальные сети  являются первым и самым важным источником информации. Большинство из них  мобильны и способны адаптироваться к социальным и экономическим изменениям.  Однако они во все большей степени недовольны увеличивающимися масштабами  коррупции, недостатком инвестиций и отсутствием более привлекательных  предложений работы. Они страдают не только материально, но и ментально в  результате общей стагнации.

Россия II боится  изменений

Вторую Россию, составляющую примерно 25% населения,  часто можно обнаружить в средних по величине промышленных городах. Ее отличает  меньшая мобильность и конкурентоспособность. Люди из России II преимущественно  работают на больших, экономически неэффективных предприятиях, и они во многом  беззащитны перед лицом экономических изменений. Они ведут изнурительную борьбу  за свои рабочие места и социальные права. В результате Россия II восприимчива к  воздействию любого рода обещаний быстрых изменений, а также стабильности и  улучшения качества жизни.

Самая многочисленная группа – это Россия III.  Она охватывает 38% населения. Эти люди проживают в небольших городах, деревнях и  селах в сельской местности и живут они в первую очередь тем, что дает земля. В  любом случае политические решения в Москве лишь условно затрагивают эту группу.  Россия III в значительной мере оторвана от Москвы. Эти люди считают себя  далекими от политики, и поэтому у них невысокий протестный потенциал, который  может увеличиться лишь в том случае, если их экономическое положение ухудшится,  то есть пенсии и зарплаты не будут выплачиваться вообще или это будет делаться  нерегулярно.

Россия IV находится в конфликтных  зонах

И, наконец, Россия IV – это Россия этнических республик  Северного Кавказа и юга Сибири, а ее население составляет около 6%. Жизнь этих  людей сильно зависит от конфликтов местных правящих кланов, от постоянного  перераспределения власти, а также от столкновений этнического и религиозного  характера. Для России IV стабильность имеет относительно меньшее значение,  поскольку она опирается на регулярную государственную помощь и  инвестиции.

По мнению Натальи Зубаревич, между этими четырьмя группами  существует мало общего в области ценностей, ожиданий или желательных планов на  будущее. Кроме того, они почти не связаны друг с другом по сетевому принципу.  Парадоксальным образом именно сильная тенденция относительно использования новых  медиа и социальных сетей может оказать негативное воздействие на протестное  движение. Люди в России традиционно склоняются к созданию круга друзей, и они  предпочитают проводить время в гомогенных социальных группах. При этом люди, по  возможности, стараются избегать конфликтов и конфронтаций.

Многие  россияне склонны присоединяться к тем, чью позицию они во многом разделяют.  Тенденция к изоляции явно просматривается. В определенном смысле российское  общество распадается на две части — постсоветское общество и общество  веб-2.0.

В России проявляется глубокий цифровой разрыв.   Институциональные структуры и представители гражданского общества в любом случае  слабо подготовлены, тогда как социальные сети в свое работе дают сбой и не  реализуют свои коммуникационные возможности. Цифровой разрыв способствует  расколу общества. Различные группы населения почти не встречаются друг с другом  и не вырабатывают механизмов решения существующих проблем и ведения переговоров.

Год назад много говорилось о подходе к людям для того, чтобы донести  протестные идеи до других групп населения. Если смотреть с позиции сегодняшнего  дня, то это представление кажется немного наивным. Однако речь по-прежнему идет  о коммуникации и о том времени, в течение которого созревают идеи и цели.

Оригинал публикации: Warum die Russen keine Opposition können

Комментировать

Комментировать

 Leave a Reply

(обязательно)

(обязательно)

*

Armenian HY Bulgarian BG Czech CS English EN Estonian ET French FR Georgian KA Greek EL Hungarian HU Latvian LV Lithuanian LT Romanian RO Russian RU Slovenian SL Spanish ES Ukrainian UK