Апр 102013
 
Венсан Кассель в фильме «Транс» © Imaxtree

Венсан Кассель в фильме «Транс»
© Imaxtree

Режиссер — Дэнни Бойл
В ролях — Джеймс Макэвой, Розарио Доусон, Венсан Кассель

Распространялась информация, что во время съемок « Транс » шотландец Дэнни Бойл превращался в дикого зверя, приходил на площадку первым и уходил последним, а в выходные дни отлучался только для того, чтобы проверить: не напортачили ли его подручные с постановкой церемонии открытия Олимпиады. Мы ценим суматошных людей, потому что никогда не хотели бы оказаться на их месте, пусть и в качестве оплаты неврозов предполагаются большие деньги и шикарные женщины. Поэтому за Бойла нужно немного попереживать пост-фактум: он явно крутился как белка в колесе. По возвращении обратно к «Трансу» Дэнни находился уже в таком эйфорическом состоянии, что оно передалось и всему этому фильму в целом. Как и многие ленты и идеи, рожденные силой подогретого цейтнотом воображения, «Транс» наполнен множеством идей, цитат, а уж про точное число смысловых уровней могут рассуждать только одержимые статистики. По своей сути, новая картина Дэнни должна была ознаменовать для него камбэк к напряженным, слегка сюрреалистическим фильмам, которые он перестал снимать после почти образцового романтического хоррора «28 дней спустя». В реальности «Транс» оказался совсем не триллером, а кинобалладой в традиции клипов Guns N’Roses, где выделены места для актерских соло, много темных кадров, а количество рок-н-рольного драйва равно числу слезоточивых сцен.

trans_1[1]

В «28 днях» на патриархальную Великобританию обрушивался зомби-вирус, у героев «Транса» проблемы с точки зрения построения триллера не менее серьезные: игромания и бандитизм. Не самые радужные трудности для страны, где местное население постепенно проигрывает эмигрантам схватку за легальные рабочие места. Шотландец Макэвой («Особо опасен»), с его вымученной улыбкой и затравленными бегающими глазками, в принципе, иллюстрирует тот факт, почему это происходит. По мысли Бойла, холеные умники с внешностью выпускника Кембриджа или Оксфорда в кресле смуглокожего психоаналитика могут забыть о чопорности и раскрыть внутренние бездны. Бойл проиллюстрирует это во время вспышки насилия в финале, когда станет понятно, кто из героев все-таки является зомби, который загипнотизирован стальной волей бандитов, а кто способен соображать даже под дулом пистолета. В водевильном, наполовину черно-белом прологе сообщается, что те, кто грабят музеи, должны непременно быть дерзкими, сильными и очень наблюдательными людьми. Видимо, постмодернист Дэнни Бойл имеет в виду себя, поскольку в поведении всех героев, замешанных в похищении картины Франсиско Гойи, инициативы не больше, чем в труппе кукольного театра.

trans_2[1]

Как сообщает нам в фильме психолог-гипнотерапевт по имени Элизабет (Доусон), мы являемся «суммой того, что мы когда-либо делали, кем были и что чувствовали». За свою режиссерскую карьеру Дэнни Бойл успел сделать очень немало — от поколенческого шедевра «На игле» до пресловутой церемонии открытия Олимпиады — так что, сумма его ощущений от карьеры сводится к легкому головокружению от предыдущих своих успехов. И Дэнни обязательно даст нам это почувствовать. Например, засчет постоянно перекошенных ракурсов и регулярно присутствующих в композиции кадров зеркал. Также Бойл использует в качестве очень неочевидного козыря крупные планы  лица своей музы и возлюбленной (на момент съемок) Розарио Доусон, которая кажется ему то Венерой, то махой, то болливудской принцессой.

trans_3[1]

Доусон — эффектная женщина, но она обладает красотой того консистентного типа, которую обязательно нужно дозировать по времени. Понятно, что Розарио в «Трансе» играет лучшую свою роль, но ее бездонные пугающие глаза и серьезные габариты (по отношению к актерам мужского пола, прежде всего) делают ее стопроценто доминирующей фигурой. И к диктату ее героини Элизабет готовы только те пять процентов людей, которые хорошо подвержены гипнозу и наверняка столь же органично переварят гудящее звуковое сопровождение «Транса». В нем по-бойловски хаотично смешиваются песни M-People и UNKLE, а также оригинальная музыка композитора Рика Смита, который совершенно точно вдохновлялся тем, как озвучили «Социальную сеть» мрачные герои индастриала Трент Резнор и Аттикус Росс.

trans_5[1] 

В одном из фантазмов героя-аукционера, из головы которого психолог вытаскивает нужные воспоминания о пропавшей картине, он фигурирует в подобии фильма французской «новой волны» — в авто с открытым верхом рядом с пухлощекой девушкой в цветастом платье. Вполне возможно, Дэнни Бойл хотел бы вернуться к лентам вроде «Менее привычной жизни», когда он с легкостью мог транслировать эйфорические эмоции, рожденные не в целях решения художественных задач, а просто так, от души. Однако сейчас перед Бойлом, фаворитом критиков и общепризнанным режиссером-медиумом, стоят задачи совершенно иного толка. И возможно поэтому он бесконечно надстраивает над увлекательным сюжетом все новые и новые смысловые уровни, которые позволят ему сохранить серьезное лицо демиурга, но при этом решить только одну героическую задачу — подарить первую роль «класса А» своей подруге Розарио Доусон. Пусть та и останется в памяти не как богиня (интернациональной дружбы в Англии), что в принципе напрашивается, судя по количеству одежды в некоторых сценах, а как женщина-вамп, находящая в прикроватном ящике не свой ножик для колки льда, а чужой револьвер.  

 

RollingStone Magazine

Комментировать

Комментировать

 Leave a Reply

(обязательно)

(обязательно)

*

Armenian HY Bulgarian BG Czech CS English EN Estonian ET French FR Georgian KA Greek EL Hungarian HU Latvian LV Lithuanian LT Romanian RO Russian RU Slovenian SL Spanish ES Ukrainian UK